Вспоминая его безумные глаза

За 6 лет работы в «Короле Пчёл» он записал 6 песен. Они выиграли какой-то конкурс в категории «панк». «Мы никогда столько не репетировали». Тогда к нему подошёл Жан Дирижабль и сказал, сладко улыбаясь: «Дипломированный ты наш». И он понял, что устал. Последующие 6 лет создали устойчивое ощущение, что он не репетировал никогда.

Начиная с первого концерта, они стали убеждать людей в том, что чудеса возможны. На концерте в Пединституте они убедили некую ответственную даму в том, что именно такая музыка ей и нужна.

После этого прошла (закрытая через месяц, что характерно) передача по Авторадио, где ОППА объявила себя одесской группой, во что поверили, потому что у нас таких групп нет.

Развалились естественно после грандиозного негатив-шоу в деревне Тарасово, при неожиданно большом стечении народа, осквернив своим появлением макет чернобыльского домика, использованного в качестве сцены.

Далее и параллельно с этим Пукстом давались ровные, почти нежные джекиловские квартирники. Там он осваивал искусство художественного комментария, что позволило ему позднее ломать рамки выступлений на более крупных площадках.

В период упадка и закрытия забытого ныне клуба «Подсолнух» наш герой вынужден был тапёрить в баре клуба «непритязательном», как он вспоминает, месте. Отсюда началось поступательное, хотя и несколько кривовекторное движение к тому, что он обозначал впоследствии в незаслуженно многочисленных интервью, как «нигилистический джаз». Он указывает, (и оно действительно имеет место) на сходство с боперами, сыграно всё нарочито косоруко, но с большой эмоцией и юмором. Песни берутся принципиально плоские и затёртые («Summertime» Гершвина) и обыгрываются с элементами хип-хопа и скэта.

Игорь Стефанович